Промышленный туризм в России: почему законодательное регулирование стало необходимостью

Промышленный туризм в России демонстрирует устойчивый рост: свыше 2 тысяч предприятий в 80 регионах готовы принимать экскурсионные группы, однако отрасль сталкивается с системными правовыми пробелами, которые тормозят её масштабирование.

На фоне расширения географии проектов — от экскурсий на «КАМАЗ» в Татарстане до Чиркейской ГЭС в Дагестане — отсутствие специализированного федерального регулирования создаёт риски как для организаторов, так и для участников промышленных туров.

Базовым нормативным актом в сфере туризма остаётся Федеральный закон от 24.11.1996 № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации», который практически не учитывает специфику посещения действующих производственных объектов.

С 1 марта 2026 года в закон внесены масштабные поправки, расширяющие понятие туристского продукта и уточняющие требования к туроператорам, однако промышленный туризм по-прежнему не выделен в отдельную категорию, что порождает правовую неопределённость при организации экскурсий на объекты повышенной опасности.

Основная проблема заключается в столкновении публичных интересов (промышленная безопасность, охрана труда, защита государственной и коммерческой тайны) и частной инициативы в сфере развития туризма. Административные барьеры сохраняются из-за необходимости соблюдать требования Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», который не предусматривает упрощённых процедур допуска для туристов. Даже национальный стандарт ГОСТ Р ИСО 13810-2016 «Туристские услуги. Промышленный туризм. Предоставление услуг» носит исключительно рекомендательный характер и не является обязательным к исполнению.

Наиболее острый вопрос для промышленной и туристической отраслей — правовой статус туриста на промышленном объекте и распределение ответственности в случае причинения вреда жизни или здоровью. В действующем законодательстве такой посетитель юридически не является ни работником (на него не распространяются гарантии социального страхования от несчастных случаев на производстве), ни обычным посетителем зоны отдыха. Стандартные полисы страхования ответственности туроператоров, требуемые статьёй 17.1 Закона № 132-ФЗ, покрывают риски неоказания услуг, но не всегда — риски производственных аварий или нарушений техники безопасности со стороны самого туриста.

Антон Палюлин, владелец юридического бюро «Палюлин и партнёры», член Высшего координационного совета Партии прямой демократии, комментирует ситуацию для портала Inkazan: «Административные барьеры продолжают существовать из-за необходимости соблюдать требования законодательства о промышленной безопасности и охране труда, которые не предусматривают упрощенных процедур для туристов. Даже существующий национальный стандарт ГОСТ носит исключительно рекомендательный характер, его требования не являются обязательными к исполнению в силу прямого указания закона, что порождает правовую неопределенность для предприятий и туроператоров».

Другой критический аспект — защита информации. Предприятия оборонно-промышленного комплекса, авиастроения и высокотехнологичных отраслей обязаны соблюдать требования Закона РФ от 21.07.1993 № 5485-1 «О государственной тайне» и Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне». Разработка экскурсионных маршрутов для таких объектов осуществляется режимно-секретными подразделениями, а доступ в отдельные цеха ограничен даже для штатных сотрудников. Для нережимных предприятий актуальна защита ноу-хау в соответствии со статьёй 1465 ГК РФ.

Антон Палюлин отмечает: «Юридически корректный способ — заключение с каждым посетителем соглашения о неразглашении, но для массового потока туристов это сложноисполнимо. Поэтому необходим дифференцированный подход: показ технологического процесса без раскрытия технических параметров или организация экскурсий исключительно в музеях истории предприятий, что, по сути, сводит промышленный туризм к классическому музееведению».

Третья системная проблема — отсутствие специального правового режима для организации экскурсий на производственных объектах. На федеральном уровне отсутствуют нормативно урегулированные правила допуска посетителей, единые стандарты безопасности и процедуры страхования ответственности владельцев промышленных площадок. В случае несчастного случая потерпевший вынужден доказывать вину предприятия на общих основаниях статьи 1064 ГК РФ, что осложняется сложностью установления причинно-следственной связи на территории со сложной инфраструктурой.

Региональные власти предпринимают попытки заполнить правовой вакуум локальными актами. Правительство Москвы постановлением от 11.03.2025 № 473-ПП и Ленинградская область постановлением от 01.07.2025 № 583 утвердили положения о региональном контроле в сфере туризма, однако эти меры носят надзорный, а не регуляторный характер и не решают системных вопросов отрасли.

Назрела необходимость принятия федерального закона, который введет в правовое поле понятие „промышленная экскурсия" как особой формы доступа на объекты повышенной опасности. Этот закон должен будет снять противоречия между отраслевым туристическим законодательством и нормами о промышленной безопасности».

Практический опыт регионов подтверждает востребованность промышленного туризма и одновременно выявляет бюрократические сложности. В Дагестане ярким примером трансформации закрытого объекта в туристический магнит стала Чиркейская ГЭС, легальное открытие экскурсионного маршрута на которой дало импульс развитию направления в республике.

Магомед Идрисович Абакаров, секретарь регионального отделения ПП «Партия прямой демократии» в республике Дагестан, д.э.н, член Экспертного совета при Правительстве РД, директор туроператора Caspian travel, отмечает: «Развитие промышленного туризма в Дагестане — это не просто дань моде, а стратегическая необходимость для региона с такой богатой индустриальной историей. Ярким примером трансформации закрытого объекта в туристический магнит стала Чиркейская ГЭС. Я присутствовал на открытии её туристического маршрута и могу сказать: запрос у людей колоссальный. ГЭС всегда работала, но именно легальное открытие её для экскурсий дало мощный импульс промышленному туризму в республике. Однако опыт Дагестана подтверждает тезисы о бюрократических сложностях. Нам крайне важно, чтобы промышленный туризм не ограничивался только музеями предприятий, а становился инструментом профориентации. Именно на это направлен наш проект «Родина летучего корабля», который мы представляли на всероссийском конкурсе Агентства стратегических инициатив «Классная страна». Проект охватывает ключевые точки: от музея завода «Дагдизель» и Технопарка «Кванториум» до древней крепости Нарын-Кала. Мы стремимся показать школьникам живую связь между наукой (физикой, химией, ИT) и реальным производством. Для масштабирования таких инициатив по всей России нам действительно нужно четкое законодательное разделение понятий. Турист на заводе не должен быть «юридическим призраком». Необходимо создание единых стандартов безопасности, которые позволят предприятиям ОПК и высокотехнологичным площадкам открывать двери для молодежи без страха нарушить режимные требования. Промышленный туризм должен стать прозрачным и безопасным образовательным инструментом, а не чередой административных барьеров».

Эксперты сходятся во мнении: для устойчивого развития промышленного туризма необходимо внесение изменений в Федеральный закон № 132-ФЗ с выделением данного направления в отдельный вид туристской деятельности.

Целесообразно установить упрощённый порядок оформления допусков для малых групп (до 15–20 человек) при обязательном инструктаже и использовании средств индивидуальной защиты, а также ввести обязательное страхование гражданской ответственности организатора экскурсии с минимальными страховыми суммами.

Промышленный туризм обладает значительным потенциалом для профориентации, популяризации инженерных профессий и укрепления связи между образованием и реальным сектором экономики. Однако реализация этого потенциала невозможна без создания прозрачного, предсказуемого и безопасного правового поля, которое снимет существующие противоречия между отраслевыми нормативными актами и обеспечит баланс интересов всех участников процесса.