Российские законы слишком сложны?

Эксперты Института госу­дар­ствен­но­го и муни­ци­паль­но­го управ­ле­ния НИУ ВШЭ про­ана­ли­зи­ро­ва­ли рос­сий­ские зако­ны и при­шли к выво­ду, что их тек­сты ста­но­вят­ся всё слож­нее для вос­при­я­тия. Трудности вызы­ва­ют дли­на пред­ло­же­ний и оби­лие при­част­ных обо­ро­тов: в текстах мно­го зави­си­мых слов, мало гла­го­лов и вели­ко рас­сто­я­ние меж­ду зави­си­мы­ми сло­ва­ми, счи­та­ют спе­ци­а­ли­сты управ­ле­ния НИУ ВШЭ, рас­счи­тав индекс син­так­си­че­ской слож­но­сти рос­сий­ских законов.

Оценка зако­нов по дан­но­му индек­су про­во­дит­ся уже вто­рой раз. Выяснилось, что за про­шлый год ста­тьи зако­нов ста­ли длин­нее – индекс слож­но­сти воз­рос для мно­гих зако­нов, даже для Конституции, хоть Основной Закон и счи­та­ет­ся одним из самых простых.

Автор иссле­до­ва­ния, стар­ший науч­ный сотруд­ник ИГМУ НИУ ВШЭ Александр Кнутов, пола­га­ет, что из зако­нов необ­хо­ди­мо исклю­чать «слиш­ком слож­ные фор­му­ли­ров­ки». В Госдуме пред­ла­га­ют решать про­бле­му с помо­щью новых реко­мен­да­ций по юридико-техническому оформ­ле­нию про­ек­тов, пред­став­лен­ных недав­но на пра­ви­тель­ствен­ной комис­сии по зако­но­про­ект­ной деятельности.

Но долж­ны ли зако­ны быть лако­нич­нее и про­ще? О юри­ди­че­ской тех­ни­ке рос­сий­ско­го зако­но­да­тель­ства рас­суж­да­ет член ВКС Партии пря­мой демо­кра­тии Борис Чигидин:

Проблема «тяже­сти» вос­при­я­тия нормативно-правового тек­ста в прин­ци­пе дей­стви­тель­но суще­ству­ет, но глав­ной бедой юри­ди­че­ской тех­ни­ки оте­че­ствен­но­го право­твор­че­ства все же явля­ет­ся не она.

Два клю­че­вых юридико-технических тре­бо­ва­ния к язы­ку зако­на – его точ­ность и ясность. Точность – это мера адек­ват­но­сти тек­ста автор­ско­му замыс­лу, атри­бут, воз­ни­ка­ю­щий в звене «раз­ра­бот­чик – нор­ма». Ясность – это еди­но­об­раз­ное (и неис­ка­жен­ное) вос­при­я­тие и при­ме­не­ние тек­ста его целе­вой ауди­то­ри­ей, то есть сущ­ность, кото­рая про­яв­ля­ет­ся в звене «нор­ма – адре­сат». Из это­го опи­са­ния вид­но, что оба тре­бо­ва­ния вза­им­но кон­флик­ту­ют, пото­му что дале­ко не все­гда могут быть реа­ли­зо­ва­ны не за счет друг друга.

Что хуже: пре­дель­но ясный, но неточ­ный закон или пре­дель­но точ­ный, но неяс­ный? Безусловно, пер­вое. Потому что в этом слу­чае при­ме­нять­ся будет не то, что зако­но­да­тель имел в виду в серд­це сво­ем, а то, что ему фак­ти­че­ски уда­лось поло­жить на бума­гу ценой упро­ще­ния регу­ля­тор­но­го замысла.

Одна из клю­че­вых рабо­чих ком­пе­тен­ций любо­го про­фес­си­о­наль­но при­год­но­го юри­ста (стро­го гово­ря, это неотъ­ем­ле­мый ком­по­нент его про­ф­при­год­но­сти) – спо­соб­ность пра­виль­но уяс­нить каче­ствен­но выпол­нен­ный (то есть не содер­жа­щий про­бе­лов и про­ти­во­ре­чий) нор­ма­тив­ный текст любой сте­пе­ни слож­но­сти. Не менее важ­но пом­нить, что граж­да­ни­ну без юри­ди­че­ско­го обра­зо­ва­ния сама по себе про­сто­та неко­то­ро­го отдель­но взя­то­го нор­ма­тив­но­го тек­ста, ско­рее все­го, не помо­жет: его исчер­пы­ва­ю­щее пони­ма­ние с боль­шой веро­ят­но­стью ока­жет­ся недо­сти­жи­мым вне мас­сы кон­тек­стов, кото­рые могут кор­рект­но инстал­ли­ро­вать­ся лишь путем сна­ча­ла полу­че­ния про­филь­но­го обра­зо­ва­ния, а потом рабо­ты по спе­ци­аль­но­сти. Исключения спо­соб­ны слу­чать­ся, но по обще­му пра­ви­лу граж­да­нин, вою­ю­щий с пра­во­вым тек­стом без (и тем более про­тив) про­фес­си­о­наль­но­го юри­ста, уяз­вим до беспомощности.

Поэтому ожи­да­ние, что закон может и дол­жен быть исчер­пы­ва­ю­ще ясен для каж­до­го, от лука­во­го: ясность зако­на – это его ясность преж­де все­го для спе­ци­а­ли­ста. А спе­ци­а­ли­сту закон ясен, несколь­ко упро­щая, не тогда, когда он испол­нен недлин­ны­ми фра­за­ми без избы­точ­ных при­да­точ­ных обо­ро­тов, а тогда, когда на любой мыс­ли­мый част­ный вопрос пра­во­при­ме­не­ния из тек­ста зако­на мож­но выве­сти один и толь­ко один ответ (см. выше «без про­бе­лов и про­ти­во­ре­чий»). Если текст при этом уда­лось изло­жить без боль­ших син­так­си­че­ских и тер­ми­но­ло­ги­че­ских изыс­ков, отлич­но. Если нет, гра­мот­ный спе­ци­а­лист все рав­но разберется.

А дей­стви­тель­но опас­ная пра­во­вая неопре­де­лен­ность (воз­вра­ща­ем­ся к тому, с чего нача­ли) воз­ни­ка­ет в слу­ча­ях, когда на этот самый про­из­воль­но взя­тый вопрос пра­во­при­ме­не­ния логи­че­ски и семан­ти­че­ски без­упреч­ный ответ либо не нахо­дит­ся вовсе, либо появ­ля­ет­ся в коли­че­стве более одно­го. Такие дефек­ты, вынуж­дая, напри­мер, пла­ни­ро­вать дея­тель­ность исхо­дя из пре­дель­но кон­сер­ва­тив­но­го вари­ан­та тол­ко­ва­ния, бьют не толь­ко по пра­во­по­ряд­ку, но и по эко­но­ми­ке в целом. И порож­да­ют­ся они неак­ку­рат­но­стью не толь­ко замыс­ла, но и сплошь и рядом испол­не­ния: язы­ко­вую рабо­чую ткань необ­хо­ди­мо чув­ство­вать пре­дель­но тон­ко (при­чем на уровне не толь­ко отдель­ной нор­мы, но и акта в целом), что­бы исклю­чить малей­шую воз­мож­ность появ­ле­ния не выте­ка­ю­щих из замыс­ла, но фор­маль­но обос­но­ван­ных пара­зит­ных тол­ко­ва­ний. И сто­ит поже­лать зако­но­да­те­лю уде­лить мак­си­мум вни­ма­ния имен­но это­му аспек­ту рабо­ты над сло­вом – имен­но в нем, гово­ря пре­дель­но мяг­ко, ему очень есть куда совершенствоваться.

Поделиться

Подписаться на рассылку новостей
Партии прямой демократии

Directed by Pixel Imperfect Studio. Produced by Git Force Programming LLC.