La Repubblica: Слава Макаров, от видеоигр к политике: «Я изучаю «Руссо» и последователей Беппо Грилло, чтобы привезти прямую демократию в Россию»

Вячеслав Макаров, раз­ра­бот­чик World of Tanks, ушел со сво­ей пози­ции в Wargaming, что­бы запу­стить новую поли­ти­че­скую пар­тию в РФ. «У нас есть толь­ко один пункт изби­ра­тель­ной про­грам­мы: важ­но мне­ние изби­ра­те­лей», – гово­рит он в интервью.

Для Вячеслава (Славы) Макарова в поли­ти­ке, как и в видео­иг­рах, важен один прин­цип: делать то, что хочет твой игрок, в про­тив­ном слу­чае он уйдет от тебя. В мире ком­пью­тер­ных игр ему это уже уда­лось: он созда­тель World of Tanks – одной из самых попу­ляр­ных воен­ных видео­игр, раз­ра­бо­тан­ной бело­рус­ской ком­па­ни­ей Wargaming. Теперь с азар­том вовле­чен в поли­ти­ку: в нача­ле года он оста­вил онлайн-битвы тан­ков, что­бы создать «Партию пря­мой демо­кра­тии» в России.

«Главная цель,- рас­ска­зал Макаров в Telegram-интервью газе­те La Repubblica, – это вовле­че­ние изби­ра­те­лей, кото­рые смо­гут с помо­щью при­ло­же­ния, осно­ван­но­го на тех­но­ло­гии блок­чейн, дать свое мне­ние по любо­му вопро­су». Казалось бы, это эво­лю­ция плат­фор­мы «Русcо» ита­льян­ской поли­ти­че­ской пар­тии «Движение пяти звезд». «Мне хоте­лось бы изу­чить их модель, – при­зна­ет­ся Макаров. – Надеюсь, что у меня полу­чит­ся встре­тить­ся с неко­то­ры­ми пред­ста­ви­те­ля­ми это­го дви­же­ния во вре­мя мое­го путе­ше­ствия в Италию».

Макаров при­е­дет в Италию, что­бы поучаст­во­вать в круг­лом сто­ле «Примеры пря­мой демо­кра­тии: воз­мож­но­сти и рис­ки», кото­рый состо­ит­ся в сле­ду­ю­щий втор­ник в оте­ле Nazionale в Риме и на Евразийском эко­но­ми­че­ском фору­ме, начи­на­ю­щем­ся 22 октяб­ря в Вероне.

- Как роди­лась идея создать «Партию пря­мой демократии»?

- Уже дол­гое вре­мя я думал, что в поли­ти­ке насту­пил кри­ти­че­ский момент в самой базо­вой кон­цеп­ции демо­кра­тии. Как пра­ви­ло, почти в каж­дой стране мира, каж­дые 4–5 лет изби­ра­те­лей при­гла­ша­ют к пере­из­бра­нию пар­ла­мен­та. Проблема заклю­ча­ет­ся в том, что в эти самые 4–5 лет мир может зна­чи­тель­но поме­нять­ся. 2020 год – это самый яркий тому при­мер. Когда четы­ре или пять лет назад я выби­рал, за какую пар­тию про­го­ло­со­вать, изу­чая их про­грам­мы, спра­ши­вал ли я себя, что бы они сде­ла­ли в слу­чае пан­де­мии? Естественно, нет. Именно поэто­му нуж­на новая стра­те­гия, кото­рая поз­во­ля­ет изби­ра­те­лям направ­лять поли­ти­ку сво­их избран­ных пред­ста­ви­те­лей. Именно это я пони­маю под пря­мой демо­кра­ти­ей: вовле­че­ние граж­дан во все, что про­ис­хо­дит. Самый яркий при­мер, кото­рый суще­ству­ет на дан­ный момент – это Швейцария. Референдум – это пря­мая демо­кра­тия. Мы спра­ши­ва­ем у людей, что делать, но в такой боль­шой и густо­на­се­лен­ной стране, как Россия, орга­ни­зо­вать рефе­рен­дум очень доро­го. С помо­щью элек­трон­но­го голо­со­ва­ния мы смо­жем при­вле­кать граж­дан все­гда, когда захо­тим. Даже каж­дую неде­лю, если будет необ­хо­ди­мо. Технический про­гресс поз­во­ля­ет сде­лать пря­мую демо­кра­тию реальной.

- Вы буде­те исполь­зо­вать при­ло­же­ние, что­бы выно­сить на голо­со­ва­ние реше­ния вашей пар­тии? Как это будет работать?

- Мы пред­ста­вим его в сле­ду­ю­щем меся­це и нач­нем исполь­зо­вать в сле­ду­ю­щем году. Мы будем исполь­зо­вать блок­чейн, так как это един­ствен­ная тех­но­ло­гия, кото­рая гаран­ти­ру­ет, что никто не будет мани­пу­ли­ро­вать голо­со­ва­ни­ем. Мы будем при­ме­нять его, что­бы узна­вать у наших изби­ра­те­лей, что делать: какие пунк­ты вклю­чить в про­грам­му, какие при­ни­мать реше­ния и так далее.

- Какие глав­ные пунк­ты про­грам­мы вашей партии?

- У нас толь­ко один пункт: мне­ние изби­ра­те­лей важ­но. Наша рабо­та – сде­лать так, что­бы это мне­ние было услы­ша­но в каж­дый зна­чи­мый момент в поли­ти­ке. У нас не может быть ника­кой поли­ти­че­ской про­грам­мы в клас­си­че­ском пони­ма­нии, так как наша про­грам­ма заклю­ча­ет­ся в одном: спро­сить у людей, что они думают.

- Но у вас хотя бы есть поли­ти­че­ская пози­ция? Вы пра­вая, левая или цен­трист­ская партия?

- Мы не при­над­ле­жим к этим кате­го­ри­ям. Мы будем пра­вы­ми, если наши сто­рон­ни­ки ска­жут, что мы пра­вые, левы­ми, если они ска­жут, что мы левые, и цен­трист­ски­ми, если они так захо­тят. Мы, лиде­ры пар­тии, аполитичны.

- Что про­ще – создать пар­тию или видеоигру?

- Видеоигру.

- После того, как вы анон­си­ро­ва­ли созда­ние новой пар­тии, вы оста­ви­ли свой пост в World of Tanks и в Wargaming. Игры и поли­ти­ка не совместимы?

- Создание новой пар­тии тре­бу­ет вре­ме­ни и сил. И, преж­де все­го, мое­го при­сут­ствия в России. Раньше я рабо­тал на Кипре, но пар­ти­ей невоз­мож­но управ­лять из-за гра­ни­цы. Но меж­ду игра­ми и поли­ти­кой есть опре­де­лен­ные сход­ства. С игро­ка­ми так же, как и с изби­ра­те­ля­ми: надо создать отно­ше­ния, осно­вы­ва­ю­щи­е­ся на дове­рии. Мы будет про­во­дить опро­сы сре­ди наших после­до­ва­те­лей, и наши пред­ста­ви­те­ли будут сле­до­вать этим ука­за­ни­ям. Когда созда­ешь игру, ты дол­жен делать то, что хочет игрок, в про­тив­ном слу­чае он уйдет. Здесь я руко­вод­ству­юсь тем же принципом.

- Будете ли Вы исполь­зо­вать при­ло­же­ние и для назна­че­ния кандидатов?

- Нет, это было бы слиш­ком слож­но. По рос­сий­ским зако­нам есть мно­го огра­ни­че­ний каса­тель­но того, кто может пре­тен­до­вать на поли­ти­че­ский пост.

- Вы зна­ко­мы с плат­фор­мой «Руссо» Движения Пять звезд?

- Я о ней слы­шал, но деталь­но не зна­ком. После того, как я осно­вал пар­тию, я пла­ни­ро­вал при­е­хать к вам и изу­чить «Движение», но из-за пан­де­мии и после­ду­ю­щих огра­ни­че­ний в пере­дви­же­нии это было невоз­мож­но. Надеюсь, что у меня полу­чит­ся встре­тить­ся с пред­ста­ви­те­лем Движения во вре­мя этой неде­ли в Италии. Мне дей­стви­тель­но инте­рес­но изу­чить их опыт.

- В про­шлом сен­тяб­ре вы участ­во­ва­ли в реги­о­наль­ных выбо­рах, но ни один из ваших кан­ди­да­тов не был избран. Вы заду­мы­ва­лись о при­чи­нах неуспеха?

- У нас не было боль­ших ожи­да­ний. Мы моло­дая пар­тия. Из-за пан­де­мии мы не смог­ли орга­ни­зо­вать насто­я­щую изби­ра­тель­ную ком­па­нию и заявить о себе. Это нор­маль­но. Правда, у дру­гих пар­тий, кото­рые, как и мы, появи­лись в этом году, дела луч­ше, но все в России зна­ют, что у этих пар­тий есть под­держ­ка Кремля. А у нас нет. Кроме того, наш про­ект очень амби­ци­о­зен. Такие вещи не дела­ют­ся за один день. Технологиям тре­бу­ет­ся вре­мя, что­бы преуспеть.

- Как вы под­черк­ну­ли, кро­ме Прямой демо­кра­тии, в этом году в России появи­лось еще несколь­ко новых пар­тий. Согласно раз­лич­ным поли­ти­че­ским экс­пер­там, мож­но сде­лать пред­по­ло­же­ние об опе­ра­ции Кремля, кото­рая наце­ле­на на созда­ние иллю­зии демо­кра­тии в стране и раз­де­ле­ние про­тестных голо­сов. Ваша пар­тию, в част­но­сти, назы­ва­ли «пар­ти­ей теле­шоу», так как она пыта­ет­ся все­го лишь под­нять шум в СМИ. Что вы дума­е­те об этих кри­ти­че­ских высказываниях?

- Доказательством того, что наша пар­тия не мари­о­нет­ка, а реаль­ный про­ект, явля­ет­ся то, что мы един­ствен­ные не про­шли мини­маль­ный порог на про­шлых выборах.

- С уче­том того, что вы не полу­чи­ли ли еди­но­го места, вам при­дет­ся соби­рать под­пи­си, что­бы выдви­гать­ся на выбо­ры в Думу в сле­ду­ю­щем году. Вы все рав­но буде­те участвовать?

- Наши шан­сы на полу­че­ние хоть каких-то мест в Думе очень малы. Наша пар­тия так же, как и стар­тап, не име­ет доста­точ­ной под­держ­ки или опы­та, и, как я ска­зал, мы моло­дые и не поль­зу­ем­ся под­держ­кой Кремля. Мы все еще обсуж­да­ем это, но, кажет­ся, что сей­час луч­ше делать став­ки на мест­ные выбо­ры: губер­на­то­ров, реги­о­наль­ные пар­ла­мен­ты и т.д. Выдвижение в Думу потре­бо­ва­ло бы огром­ных финан­со­вых вло­же­ний без какой-либо гаран­тии успе­ха. Лучше иметь цели помень­ше, но дости­гать их. Мы при­мем финаль­ное реше­ние в кон­це ноября.

- Что вы дума­е­те о недав­но при­ня­том законе о суве­рен­ном интер­не­те в России? Некоторые счи­та­ют, что это уве­ли­чит веро­ят­ность цен­зу­ры и срав­ни­ва­ют это с «Великим Китайским Файрволом»…

- В России тех­но­ло­ги­че­ские экс­пер­ты все­гда про­тив пере­мен, но сей­час это не име­ет ниче­го обще­го с при­ме­ром Китая. Конечно, все может изме­нить­ся. Не знаю, что про­изой­дет через пять лет. Но «суве­рен­ный интер­нет » озна­ча­ет лишь то, что его мож­но отклю­чить от осталь­но­го мира, что­бы защи­тить­ся от воз­мож­ных атак Запада.

- В рей­тин­ге «Свобода в Интернете» Россия зани­ма­ет 67 место из 100 стран: Москва огра­ни­чи­ла исполь­зо­ва­ние VPN, закон Яровой обя­зы­ва­ет ком­па­нии хра­нить дан­ные кли­ен­тов и пере­да­вать их ФСБ, госу­дар­ство пыта­лось забло­ки­ро­вать Telegram, так как они отказывались…

- Они пыта­лись забло­ки­ро­вать Telegram, но у них не полу­чи­лось. Мы сей­час исполь­зу­ем его для обще­ния. При бли­жай­шем рас­смот­ре­нии огра­ни­че­ния на исполь­зо­ва­ние интер­не­та мини­маль­ны. На мой взгляд, есть стра­ны, где огра­ни­че­ния жест­че. Например, в США соци­аль­ные сети уда­ля­ют посты сво­е­го президента.

- Посты, кото­рые рас­про­стра­ня­ют фей­ко­вые новости…

- Но отку­да вы зна­е­те, это не цен­зу­ра? Можно ли под­вер­гать цен­зу­ре по ува­жи­тель­ной при­чине? Формы цен­зу­ры есть везде.

- Работая в Wargaming, вы мно­го лет жили в Белоруссии. Вы сле­ди­те за про­те­ста­ми про­тив Александра Лукашенко? Что вы дума­е­те об этом?

- Я сочув­ствую про­те­сту­ю­щим. Белоруссии дей­стви­тель­но нуж­ны перемены.

- Ваши быв­шие кол­ле­ги в Wargaming, как и боль­шая часть руко­во­ди­те­лей и сотруд­ни­ков тех­но­ло­ги­че­ской сфе­ры в Минске, под­пи­са­ли пети­цию, тре­бу­ю­щую новых выбо­ров. Вы под­дер­жи­ва­е­те их борьбу?

- Я не думаю, что Лукашенко – дья­вол. Он про­сто ста­рый лидер, кото­рый пыта­ет­ся выжить. Конечно, это не зна­чит, что он может оста­вать­ся пре­зи­ден­том на всю жизнь. Но он по-прежнему поль­зу­ет­ся под­держ­кой в стране. Так что я думаю, что Белоруссии нужен компромисс.

Inopressa.ru
Источник: La Repubblica
Поделиться